О чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

И если сердце поет, тут не нужны слова!

о чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

Бабке-ёжке отдадут, ты же с братиком сиди. Никуда не (поёт песню№1 на мотив песни Чебурашка) . Села, задумалась крепко она. Цапля: Снова слышит звук знакомый, . Звучит музыка, Машенька уходит, открывается ширма, на сцене декорации зимнего леса, выходят зверушки. О чем задумалась ты опять? Звучит знакомый мотив, Зовет он нас . Это песня Владимира Высоцкого: Всем нам блага подай, да и. Общий их источник - эпический стих русских былин, исторических песен, . Ты задумался, я сижу - молчу Занавесь окно, потуши свечу! (Фофанов, );. Вот опять окно, Где опять не спят, Может - пьют вино, Может - так сидят. . Баратынский; впрочем, этот мотив - общий с Я43мж, см. ниже) и особо.

На мостовой на скользком булыжнике — шарманка; на шарманке сидит, нахохлившись, окоченевший попугай. Рядом со стариком шарманщиком стоит мальчишка. Глаза испуганные, в руках бубен. Посинел, продрог на ветру. На плечах у мальчишки не то кофта, не то плисовый пиджак, на ногах полусапожки с ушками. Увидев патрульных, старик шарманщик стал торопливо взваливать шарманку себе на спину, а попугая мальчишка спрятал за пазуху. Матрос поднял голову и увидел, что на балконе дома, запахнув пальто, стоит седой человек и смотрит на то, что происходит внизу.

Он работает… Деньги небось фальшивые шлёпает! И снова крик — ничего не понять. Кто может запретить народу музыку? Кто может запретить музыку, я спрашиваю?

И если сердце поет, тут не нужны слова!

Седой человек, резко повернувшись, ушёл с балкона, и налетевший ветер стукнул вслед за ним стеклянной дверью. Сорвав с головы папаху, он размахивал ею и наскакивал на шарманщика. Что это были за книги? Эти книги вернулись вскоре на полки библиотеки О. Брика и смешались в общей массе.

Вернее — вошли в тот непрерывный удивительный книговорот, который представляла собой эта библиотека. Книги появлялись, разрезались, читались, перекочевывали с ночного столика на полки, уступали свое место другим, меняли соседей, снова возникали на столе, дарились тем, кому они были нужны, некоторые уходили к букинистам, но вместо них каждый день появлялись новые и новые и начинали свою беспокойную жизнь в этом доме.

Их было все больше и больше, они уже выпирали из тесных комнатушек, где мебель нужно было заказывать по мерке, потому что ничего не влезало. В конце концов они распространились и на холодную лестницу. Зимой Осип Максимович надевал шубу, снимал большой висячий замок, запиравший скрипучий шкаф, и устраивал на поселение новых жильцов, а кое-какие старые въезжали обратно в теплую квартиру.

Habent sua fata libelli По крайней мере две из них мы можем назвать сегодня с уверенностью Маяковский, как мы знаем, не был ни на площади, ни в Зимнем, когда свергали Временное правительство. Дело, разумеется, не в том, что большинство участников событий были живы и не потерпели бы отсебятины и небрежности в обращении с этим материалом.

Дело в огромном общественном пиэтете, который возникал и утверждался тогда в отношении всех фактов - - этой истории, такой близкой и в то же время величественно необъятной по своему значению. Выходил специальный журнал, посвященный истории пролетарской революции, истории партии, выходил журнал по истории революционного движения в России.

Историко-революционные альманахи издавались во многих городах. Чтобы передать это восхищение, Есенин прибегает к излюбленному в персидской поэзии сравнению красоты возлюбленной с красотой розы — лучшего цветка сада: Писал поэт незаточенным фиолетового цвета химическим карандашом на листе бумаги размером х мм, вырванном из блокнота. Бумага в мелкую клетку. В рукописи не четыре, а пять строф.

Вторую дополнительную строфу Есенин не публиковал. Итак, в третьем и четвертом стихотворениях цикла появляется новый образ: Образ этот очень конкретен. Невольно возникла мысль, нет ли за ним прототипа? Может быть, женщина с таким именем действительно встретилась Есенину? Много лет назад, разбираясь в есенинском архиве, я обнаружил в Государственном литературном музее Москва фотографию неизвестной. На обороте снимка была надпись: Тогда же я приобрел копию его и затем потратил немало усилий на выяснение фамилии незнакомки.

Установить, впрочем, ее не удалось. Была ли это действительно Шаганэ или кто-то подшутил, написав на обороте фотографии имя героини есенинских стихов? Как попала фотография к Есенину и потом в его архив? Мне были известны воспоминания В.

Качалова 11 и Л. Повицкого12в которых коротко упоминалось о встречах Есенина с женщиной по имени Шаганэ. Фотография неизвестной и мемуарные записи Качалова и Повицкого были неясными отпечатками следа, который мог привести либо к установлению прототипа Шаганэ, либо к обнаружению очередной литературной мистификации. Есенина, которую заканчивал писать, и память упорно и настойчиво возвращала меня к ней, к страницам ее, казавшимся мне недоработанными.

Одним из неразрешенных оставался вопрос о прототипе образа персиянки Шаганэ. В литературном мире получила тогда широкое распространение версия о том, что поэт образовал это имя от фамилии журналиста П.

Версия эта была неубедительной, но документальных данных, которые могли бы ее опровергнуть, не. Паутинка, ведущая к доказательствам, рвалась на глазах. Прежде всего, не подтвердились воспоминания В. Качалова о встрече Есенина с Шаганэ. Не нашлось ни одного свидетеля, который мог бы вслед за Качаловым утверждать, что в Баку в году жила женщина по имени Шаганэ. Повицкого была такова, что не могла объяснить появление в творчестве Есенина шести персидских стихотворений, связанных с именем Шаганэ Шаги.

Даже публикация ее состояться не могла Кроме того, было ясно, что найти женщину с именем Шаганэ, даже жившую в году в Батуме, где были написаны стихи, даже встречавшуюся там с Есениным, было вовсе недостаточно, чтобы сказать новое слово о персонификации есенинского образа.

Тимошкина марсельеза

Следовательно, чтобы разрушить литературную версию, имевшую хождение не одно десятилетие и получившую уже права гражданства, нужно было не столько найти Шаганэ, сколько главным образом доказать, что Есенин писал стихи, имея в виду ее реальные черты, найти современников, в те годы уже знавших, что стихи писались для.

Известно, что Есенин в Персии не бывал. Если Шаганэ — реальное лицо, то женщина с таким именем должна была жить в дни, когда писались персидские стихи. Искать ее следовало в Батуми. Прервав отдых, я выехал в столицу Аджарской республики и начал ходить по городу в поисках следов пребывания здесь Есенина и Шаганэ. Шаняеву, знавших лично учительницу по имени Шаганэ.

Тогда же я записал их воспоминания. Были приняты меры к розыску Шаганэ, которая из Батума уехала в году. Оказалось, что Шаганэ много лет уже живет в Ереване. Кизирян, сестра Шаганэ Ш.

Тальянсообщила адрес последней и ее согласие записать воспоминания о встречах с Есениным. Повицкий и двое незнакомых мне мужчин. Тальян послала мне автобиографию и четыре своих фотоснимка, сделанных в годах. Фотография неизвестной, хранившаяся в есенинском архиве, и один из фотоснимков, присланных Ш. Тальян, датированный ею годом, оказались тождественными. Тальян, — причем он сам ее выбрал из числа. Это снимок года. Я снята в гимназической форме. На обороте карточки я своей рукой сделала надпись.

Как попала к нему фотография года, она не знает.

о чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

Ясно все-таки, что Есенин, уезжая из Батума, взял с собой две фотографии Ш. Вспомним, что поэт интересовался сохранностью своего архива меньше, чем кто бы то ни было, что он держал свои деловые бумаги, документы и даже вещи у друзей и знакомых. Многое поэтому оказалось безвозвратно утраченным.

А один из фотографических снимков Ш. Тальян, сделанный в году, был сохранен поэтом. Он стал, естественно, веским доказательством, не только подтверждающим встречу Есенина с Тальян в Батуме, но и свидетельствующим о неизменном возвращении поэта к памяти о встречах с батумской учительницей. Воспоминания пяти современников, встреча с которыми состоялась в Батуми в октябре года, говорят нам о том. Позднее были получены воспоминания о Есенине и Тальян еще от двух современников: Лебедевой Иоффе и Е.

Теперь в моем распоряжении было все необходимое для подготовки статьи о розысках Ш. Тальян и о персонификации героини цикла — персиянки Шаганэ. В году такая статья была написана, однако, по независящим от автора причинам, напечатана она была лишь в году.

При этом было опубликовано все обнаруженное при розысках: Тальян, найденная в архиве Есенина, была опубликована в году. Фотографии других лет стали также достоянием читателя. В этой книге впервые публикуется фотография года, которую выбрал сам Есенин.

Тальян подпольной работе в дашнакской Армении в годах. Мравяном15 и с центром Компартии Армении в Эривани. Это было после майского восстания в году в Армении, когда в стране был голод, нищета, сильная разруха.

Везде свирепствовал белый маузеристский16 террор, шли повальные аресты. Все тюрьмы были переполнены коммунистами и повстанцами. Связи на местах и с центром были прерваны. Центральный руководящий орган партии — Арменком РКП б — перестал существовать. Кавбюро ЦК РКП б сразу же после майского восстания приняло срочные меры по восстановлению разгромленных партийных организаций Армении и налаживанию в них работы.

Мне предложено было подобрать подходящего товарища, который был бы вне подозрения и мог бы осуществить связь между Кавбюро ЦК РКП б и руководящим центром Компартии Армении в Эривани.

Я вспомнила о Шаганэ, которую знала с юных лет и с года по подполью в Ахалцыхе как беспредельно честную и преданную большевикам девушку.

Вполне полагаясь на нее, я открыла ей явку Кавбюро и связала ее с тов. Вскоре Шаганэ выдержала большое испытание. Мы ехали в одном поезде, но не вместе, с целью конспирации. При ней находилась очень большая сумма денег, предназначенных Кавбюро для Компартии Армении. В Колагеране, когда меня арестовали и сняли с поезда, на Шаганэ тоже пало подозрение.

Ее также хотели арестовать.

о чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

Оказывается, при слежке за мной одним из агентов меньшевистской охранки было замечено на тифлисском вокзале, что при посадке в поезд я передала Шаганэ билет.

Об этом, при моем аресте, было сообщено маузеристам. Но Шаганэ не растерялась, держалась великолепно, бесстрашно: Маузеристы не решились ее арестовать и отпустили. Так ей удалось освободиться и поехать на том же поезде. Деньги были доставлены в целости без задержки… Шаганэ, не задумываясь, много раз рискуя жизнью, ездила в Ереван и обратно или в районы Армении. Кавбюро использовало ее и в Грузии.

Например, она была послана в Батум. При строгой конспирации она посещала явку Кавбюро, являлась на квартиру Мравяна, а после встречалась с Мравяном у матери Драстамата Тер-Симоняна17на их квартире. Шаганэ была активным, преданным работником Компартии Армении, о чем Мравян дал документ за подписью Шавердяна Последнего Шаганэ лично не знала, документ был подготовлен Мравяном.

Эта новая страница из жизни Ш. Тальян поможет, несомненно, исследователю лучше понять впечатление, которое произвела на Есенина встреча с батумской учительницей в декабре года. Маленький одноэтажный особняк, в одной из комнаток которого жила учительница Шаганэ, находился в просторном дворике на пересечении Смекаловской улицы, 15 теперь улица Руставели, 11 и Соборного переулка сейчас Комсомольская улица.

Дом этот часто посещал Сергей Есенин в период жизни в Батуме. В году на месте этого домика построили трехэтажное жилое здание. С помощью жительниц Батуми, имевших комнаты в одном доме с Шаганэ, были восстановлены его планировка и размещение на пересечении городских улиц. Схематический план снесенного здания, подтвержденный четырьмя свидетельницами, останется, возможно, единственным документом, дающим конкретное представление о внутреннем устройстве.

Упомяну здесь и о другом одноэтажном домике-особняке в Батуми, расположенном на Вознесенской, 9 теперь — Энгельса, В нем Есенин жил, пока был в Батуме. Отыскать его удалось в том же году, В году автором был поднят вопрос об установлении на этом доме мемориальной доски и предложен текст надписи.

Немало усилий в создание памятника Есенину вложили редактор газеты В. Марганидзе и ответственный секретарь Аджарского отделения Союза писателей Грузии Ф. Есенин, была установлена мемориальная доска.

Батуми оказался первым городом, увековечившим дом, где жил и работал Сергей Есенин. Не исключено, что грузинские друзья замечательного русского поэта отметят мемориальной надписью и второй дом в Батуми, связанный с его именем. Итак, в октябре года была найдена учительница Ш.

Тальян и восемь современников, подтвердивших, что персидские стихи в Батуме создавались в году в период знакомства с ней и для. Появилась возможность рассказать о встрече С. Тальян языком документального очерка. У дверей школы она заметила молодого человека. Быстрый взгляд, брошенный в его сторону, подсказал, что это не местный житель. Не был он и приезжим из Тифлиса.

о чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

Одежда свидетельствовала, что это либо столичный гость, либо иностранец. Такого рода приезжих в Батуме было немало. Незнакомец не подошел к. И мимолетное наблюдение это и последующее умозаключение были бы тотчас вытеснены другими и забыты, если бы Шаганэ не заметила, что неизвестный стал следовать за нею.

Весь путь до дома она чувствовала, что молодой человек сопровождает. Шаганэ избегала случайных встреч. Причины для этого. Моральные принципы отца, священника и педагога, были строги ми. Первые житейские шаги также не обучили ее беззаботности. Одиннадцати лет она лишилась матери, девятнадцати — отца. К тому времени она успела лишь окончить гимназию.

Имя ее было Шагандухт. Но звали ее с детства кратко: Оставшись сиротой, девушка должна была найти свое место в жизни. И Шаганэ нашла. О том, как Ш. Тальян справилась со своей задачей, рассказано в воспоминаниях М.

А вот что вспомнила Ш. Тальян об эпизоде с арестом: И часть — на. Когда меня с Маник Степановной спустили маузеристы с поезда, с нами сошли несколько дашнакских офицеров, следовавших в Эривань. Меня спросили, куда я еду. Шесть раз ездила я в Армению: И один раз в Батум. Я была в строгой конспирации. Мне поручали запоминать лишь один адрес и имя. Я перевозила деньги, документы и письма. Мне Мравян строго-настрого запретил говорить, кто я и от.

Остальные четыре раза я ехала в Эривань одна. Поездки проходили без происшествий. В Дилижан я возила пакет с письмами и документами моему ахалцыхскому учителю Ягубяну. Осенью года Шаганэ стала посещать фребелевские педагогические курсы, потом стала учить детишек в подготовительных группах, организовывавшихся тогда в Грузии при армянских школах.

о чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

Занятия с ребятами ей нравились. Учительница была спокойна и строга, если нужно было требовать выполнения задания, добра и справедлива, если нужно было решать детскую участь. Малыши чувствовали это и отвечали своей первой учительнице любовью. Внешне она была привлекательна: Хороши были волнистые каштановые волосы.

И завидно красивыми казались глаза: В начале года она была уже замужем за любимым человеком. Шаганэ осталась с ребенком на руках. Его нужно было растить.

Приученная с детства к труду, молодая армянка стала истово выполнять новую для нее обязанность одинокой матери-вдовы. Жила она тогда в Тифлисе. Поступить на службу не удалось. С Ашхен, старшей сестрой, и со своим сыном Рубеном выехала в июле года в Батум, где учительствовала младшая сестра Катя.

Здесь Шаганэ устроилась учительницей в нулевую группу армянской школы20где работала Катя, но сына оставить в Батуме не могла, так как в маленькой комнате, которую снимала сестра, жить с ребенком было очень трудно.

о чем задумалась ты опять звучит знакомый мотив песня

Надо было по вечерам работать, проверять ученические тетради, готовиться к занятиям. Да и хозяева дома соглашались принять на квартиру Шаганэ лишь без сына. Сестры решили, что придется Рубену пожить пока в семье Ашхен.

И вот несколько месяцев она уже работает. Вновь как-то налаживается жизнь… Нет, случайные знакомства не для. Мир слишком хмур и безрадостен. И ей идет уже двадцать пятый год. Со свойственной молодости опрометчивостью суждений она считала себя уже старой. Будущее казалось утраченным, по крайней мере, то, где могло быть личное счастье. Теперь она нужна только сыну.

Только здесь, за закрытой дверью, увидев себя в зеркале платяного шкафа, она поняла, как далеко от истины ее представление о себе, и громко расхохоталась.

Нет, старой-то уж ее никак не назовешь!. Познакомились они 16…17 декабря года. Приезжий оказался Сергеем Есениным.

Представил его журналист местной газеты Л. Гуляла с сестрой Катей, с Есениным и Повицким вечером по городу-парку. Слушала рассказы о Москве. На другой день Повицкий устраивал у себя на квартире вечер поэзии, на который должны были прибыть журналисты, литературная молодежь. Пригласил он и сестер. На этом вечере Есенин читал стихи. Молодые женщины льнули к.

Он интересовался только Шаганэ. Отодвинув одного из журналистов, сел рядом, обнял. Еле дождалась окончания вечера, чтобы уйти. Повицкий и Есенин проводили ее с сестрой до дому. На следующий день, выйдя из школы, опять увидала поэта на том же месте. Раздражение ее уже прошло. То, что поэт дожидался, было даже приятно.

В глубине души она была уверена, что он не придет. Было пасмурно с утра. На Есенине — синий макентош и шляпа. Они пошли в глубь бульвара, разговаривая. Она была первой слушательницей. Поинтересовался, понравились ли стихи.

The nightmare videos of childrens' YouTube — and what's wrong with the internet today - James Bridle

Она ответила утвердительно, однако выразила недоумение, какое отношение к теме стихотворения имеет она, Шаганэ? Есенин там же коротко пояснил, что это стихотворение входит в цикл о Персии, который он пишет.

Героиня цикла — персиянка. Он назвал ее Лалой, теперь хочет, чтобы имя у персиянки было друroe — Шаганэ. Спросил, читала ли она персидские стихи, напечатанные недавно в батумской газете. Не дожидаясь ответа, сказал, что с печатного текста читают не так, как ему бы хотелось. Лучше он сам попробует. И Есенин прочитал два первых стихотворения цикла. Скандировал стихи он артистически. Его слушали, затаив дыхание, огромные до отказа набитые залы обеих столиц.

Успех мастера художественного слова поддерживало и необычайное обаяние поэзии. Стихи его были глубоки, мелодичны, образны. В них была родная сердцу ширь русских просторов, милая простота кудрявой статной березки, сыновняя преданность Родине, пристрастие к справедливости, ненависть к врагам. Не было еще на Руси, казалось, поэта столь проникновенной лиричности и чародейского владения словом, поэта, достигшего такого живописного воплощения красоты и грусти, силы и мягкости, добродушия и суровости русского характера.

Есенин с удовольствием читал свои стихи. Новые стихи, перед их публикацией, он читал много. И сейчас, в пасмурный день, на пустынном бульваре, поэт скандировал свои персидские стихи, отдаваясь их звучанию, вслушиваясь в соответствие формы и содержания.

Никогда более в последующие годы Шаганэ не слышала ничего подобного, когда те же стихи вновь и вновь читались артистами, профессиональными чтецами. Но тогда она только спросила: Ответил, что это имя — вымышленное. Лишь много позже убедилась, что поэт сказал правду. Они шли по улицам Батума. Город-парк звал на прогулки. Они были заметной парой. Мужчины упрямо и долго провожали ее глазами.

Женщины украдкой следили за. Что влекло Есенина к Шаганэ? Она с волнением слушала его стихи, понимала и принимала их, но ни во что, казалось, не ставила его поэтическую известность. Странное дело, это нравилось. Она коротко и точно излагала свое мнение о стихах.

Это тоже было по душе, он и сам не любил и не умел говорить. На его взгляд, Шаганэ была как-то очень восточна внешне, подвижна и жизнерадостна. Она любила подшутить над увлечением поэта старыми персидскими классиками, над отношением этих классиков к женщине. Прямота, с которой она отстаивала свой взгляд, трогала.

Душевная чистота и рассудительность предостерегли Шаганэ от ложного шага при встречах с поэтом: Шага многое рассказала Есенину о. Несчастья, которые преследовали ее, взволновали поэта. Казалось, что ей живется еще труднее, чем. О подпольной работе ее в годы революции Есенин не .